Легенда об озере Конго-Тонго - Артём Бестер

– А я Люксен, – впервые подал голос младший брат.

– Бойл твой раб? – осведомился Дамир у Роланда, внимательно разглядывая старика.

– Почему ты так решил? – округлив от неожиданности глаза, спросил Роланд.

– Ты едешь на нем, как на животном.

– Так поступают с рабами, – поддержал брата Люксен. – Нам отец рассказывал.

Бойл и Роланд дружно рассмеялись.

– Нет, Бойл мой дедушка, а еду я на нем верхом, потому что не умею ходить.

– Как, не умеешь? – в голос спросили братья.

– Никак не умею. Такое бывает – просто не хожу с детства и все. А причину никто не знает.

– Ясно, – с сочувствием произнес Дамир и опустил арбалет. – Мы отведем вас к дому, только пусть Бойл отдаст нож.

– А вы отзовите собаку, – парировал старик.

Дамир на секунду задумался, а потом, приняв решение, крикнул:

– Чар, свои! Свои, Чар!

Пес ожил, завилял хвостом и неспешной рысью подбежал к новым знакомым. Тщательно обнюхав штаны Бойла, он лизнул протянутую руку.

– Свои, Чар, – повторил Бойл команду и потрепал пса за ухом. – Свои.

Подойдя в сопровождении Чара к мальчикам, он вытащил нож и подал его старшему:

– Вот держите, другого оружия у нас нет.

Идти оказалось недалеко. Почти сразу за кустами папоротника, в которых прятались мальчишки, начиналась хорошо утоптанная тропа. Очень скоро путники смогли рассмотреть вдалеке большой белый дом и высокую, до самых макушек пальм, башню, пристроенную к нему.

– А зачем вам такая высокая башня? – спросил Роланд, пытаясь поддержать разговор.

– С нее отец наблюдает за звездами и высчитывает движение светил, – ответил Люксен.

Заметив, что ребята без устали глазеют на них, Бойл спросил, как часто к ним приходят путники.

– Никогда, – ответил Дамир. – Вы первые.

– А сколько лет вы тут живете?

– Пятнадцать лет.

– И за пятнадцать лет никто вас не навещал? – не унимался Бойл.

Дамир лишь помотал головой в ответ.

В этот момент Роланд и Бойл подумали об одном и том же: «Откуда старик Урсул узнал о Протее, если в эти места никто и никогда не забредал».

Лес закончился, тропинка превратилась в хорошо утоптанную дорогу, а справа и слева появились поля, засеянные различными культурами. Тут пшеница соседствовала с хлопком, томаты с баклажанами, а вездесущий в Срединных землях картофель с кукурузой.

– Сколько же человек здесь живет? – спросил Роланд, которому с высоты его положения поля показались большими для одной семьи.

– Одиннадцать человек, – ответил Люксен. – Мама, папа и мы.

– Вы?

– Дети, нас пять братьев и четыре сестры. А еще были Лаки и Лой, но они умерли совсем маленькими.

– А ну-ка! – толкнул заболтавшегося брата в бок Дамир. – Под ноги смотри. А то грохнешься.

Сразу за полями начинался просторный двор. Дом Протея оказался сложенным из известняка, как и прилегающая к нему башня, и покрыт обычной соломой. «Интересно, откуда здесь известняк?» – с удивлением подумал Бойл. – «Неужели в оазисе есть каменоломня?». Посреди двора, между домом и огромным сараем, сплетенным из тонких и гибких побегов, возле которого свободно гуляло два десятка кур и пара коз, стоял большой стол с соломенным навесом. У стола, раскладывая еду, суетилась женщина. Завидев путников, она приложила ко лбу руку и, как показалось Бойлу, в испуге отшатнулась. Женщина подозвала игравшую неподалеку девочку в зеленом сарафане, что-то сказала ей и подтолкнула в сторону дома.

– А как зовут вашу маму? – спросил Бойл, сообразив, что не знает имя хозяйки.

– Белла, – ответил Дамир. – Вон она завтрак на стол собирает. Мама! Мама! Посмотри, кто к нам пришел!

Мальчик замахал руками и побежал навстречу к родительнице. Люксен, которому совсем не хотелось оставаться один на один с незваными гостями, решил не отставать от брата и побежал следом. К тому времени, когда старик и мальчик добрались до навеса, братья успели обо всем рассказать матери.

– Здравствуйте, достопочтенные Бойл и Роланд, – поздоровалась она и чуть присела в легком реверансе. – Рады вас видеть.

Бойл взглянул на невысокую женщину в темно-коричневом застиранном платье и подумал, что родители явно прогадали, назвав ее Беллой. Массивный подбородок, чрезвычайно веснушчатая кожа, нос с небольшой горбинкой и легкое косоглазие никогда не считались признаками красоты в Срединных землях. С другой стороны, было в Белле нечто неуловимо привлекательное.

– Она очень на мою маму похожа, – послышался над ухом горячий шепот Роланда.

Бойл изумленно вскинул брови, сдержав рвущийся наружу неуместный смешок, и чуть, поклонившись, поздоровался:

– Доброго вам дня, госпожа Белла, мы рады, что нам удалось добраться до вашего оазиса живыми и невредимыми. Просим вас дать нам приют, чтобы отдохнуть и восстановить силы.

– Конечно-конечно, – расплылась в улыбке хозяйка: столь высокопарное обращение ей явно польстило, – мальчики мне успели рассказать о Роланде. Привет, малыш!

– Здравствуйте!

– Давайте я помогу усадить его за стол, – засуетилась Белла. – Вы, наверное, устали.

Бойл лишь кивнул в ответ. С помощью хозяйки он помог мальчику выбраться из сучконоса и усадил его за стол. Избавившись от ноши, старик почувствовал себя гораздо лучше.

В этот момент из дома выскочили две девочки-близняшки лет пяти от роду в зеленых в белый горошек сарафанах. Одна из них подбежала к матери и дернула за подол платья. Белла нагнулась к дочке, и та прошептала ей что-то на самое ухо.

– Хорошо, – кивнула хозяйка, – а теперь, девочки, поздоровайтесь с нашими гостями. Мальчика зовут Роланд, а его дедушку Бойл.

– Здравствуйте! – проголосили девчонки.

Роланд невольно прижал руки к ушам – такие высокие у них были голоса.

– А это мои дочки. Анабель и Мария. Мария всегда носит красный браслет, а у Анабель синий. Иначе их не отличить. Правда иногда эти озорницы ими меняются. А еще у них есть сестры Аглая и Поли, они сейчас на пруду стирают белье, и три брата: Тор, Зарий и Флорин – тройняшки, они отправились проверять силки. Но к завтраку все обязательно вернутся, тогда вы и познакомитесь.

– Большое у вас семейство, – сказал Бойл, присаживаясь на скамью. Окинув взглядом почти накрытый к завтраку стол, он приметил кувшин для вина и жадно облизнул губы.

– Ой, что это я? – всполошилась хозяйка, заметив взгляд гостя. – Вы же с дороги, наверное, пить хотите? Дамир, налей Роланду молока. А вам, Бойл, могу предложить яблочный сидр.

– Сидр, – потер руки старик, – не откажусь.

Он уже почти позабыл вкус яблочного сидра. В последнее время его все больше угощали кислым вином. Вообще Бойл старался не пить алкоголь по утрам, памятуя о бурной молодости, но последние два дня выдались настолько богатыми на события, что он решил нарушить собственный запрет.

Дождавшись, когда ему наполнят бокал, старик поблагодарил хозяйку и сделал глоток, но прежде чем сидр попал в рот, он успел почувствовать нежнейший кисло-сладкий аромат зрелых яблок, и только затем терпкий яблочный вкус разлился по гортани и защипал в носу. Это определенно был самый лучший яблочный сидр, который он когда-либо пробовал. Бойл крякнул от удовольствия и стал неспешно пить.

Подняв кружку на уровень глаз, он увидел высокого плечистого мужчину с окладистой бородой, стоящего на крыльце дома. На вид ему было не больше сорока лет. Мужчина стоял, уперев руки в бока, и внимательно по-хозяйски разглядывал непрошенных гостей. Глаза у него были небольшие, глубоко посаженные, и от того их взгляд казался пронизывающе-суровым.

«А вот и глава семейства, – поперхнувшись сидром, подумал старик. – Ну и великан!».

Отставив кружку в сторону, Бойл встал и поклонился.

– Утро доброе! Меня зовут Бойл Амфидоли. Я и мой внук Роланд, – тут старик кивнул в сторону мальчика, запивавшего молоком домашние булочки, – просим у тебя разрешения остановиться на постой.

– Мы идем к Конго-Тонго! – пробубнил с набитым ртом Роланд, наконец-то заметив хозяина дома.

– Нельзя говорить с набитым ртом, – погрозила ему пальцем Белла.

Роланд лишь улыбнулся в ответ. Давно его так по-доброму никто не журил.

– Конго-Того, – переспросил Протей и рассмеялся. – Боже, неужели кто-то до сих пор верит в эти сказки?

– Это не сказки, – возмутился Роланд, – оно существует.

– Конечно существует, и обратное утверждать глупо, – Протей спустился с крыльца и уселся за стол напротив Роланда. – Только представляет из себя озеро грязную лужу на дне небольшой пещеры, размером